26 de октября de 2012

Вид на Департамент для цветных детей в исправительном доме

На гравюре изображены здания Департамента для цветных детей в исправительном доме в Филадельфии, в том числе спальни девочек, столовая и комната для шитья для девочек, комнаты надзирателей и главный вход, спальни мальчиков, а также учебные классы мальчиков. Высокая кирпичная стена окружает боковые и задние части комплекса зданий, а на переднем плане показан разговор двух мужчин и мальчика. Литография является одной из двух иллюстраций, напечатанных также на ткани в 1858 г., кроме этого она была использована на фронтисписе "Тридцатого ежегодного отчета совета управляющих исправительного дома", вторая иллюстрация — "Вид на Департамент для белых детей в исправительном доме". Основанный в 1828 г. исправительный дом был первым учреждением в Пенсильвании, ответственным за исправление и обучение детей, обвиненных в совершении преступлений, и являлся альтернативой тюрьме. Эти здания, расположенные между Пэрриш-стрит и Браун-стрит, а также между 22-й и 24-й улицами, открылись в 1850 г.

Пенсильванский институт для слепых и глухих

На этой гравюре изображен внешний вид Пенсильванского института для слепых и глухих, расположенного на северо-западном углу Брод-стрит и Пайн-стрит в Филадельфии. Здание, созданное по проекту по проекту филадельфийского архитектора Джона Хэвиленда, было построено в 1824—1826 гг.. вскоре после основания школы. Иллюстрация была создана художником Альбертом Ньюсэмом (1809—1864 гг.) и использовалась в качестве фронтисписа для ежегодного отчета совета директоров учреждения за 1850 год. Родившись глухонемым в Стьюбенвилле, Огайо, Ньюсэм в юном возрасте проявил художественные наклонности. В возрасте 11 лет он был привезен в Филадельфию мужчиной, который представил себя глухонемым братом мальчика с намерением использовать его художественные таланты в собственных целях. Ньюсэм нашел безопасное убежище в Учреждении для слепых и глухих, где получил образование. В 1827 г. он стал учеником в гравировальной компании Кефаса Дж. Чайлдза и к 1829 г. создавал для Чайлза многие из гравюр, которые тот предлагал публике. Позднее Ньюсэм, известный главным образом своими портретами, стал главным художником в компании Питера С. Дюваля.

В память о большом параде пожарного депо Филадельфии, 16 октября 1865 г.

Эта подкрашенная гравюра создана в честь большого парада пожарного депо Филадельфии, прошедшего 16 октября 1865 г., и посвящена пожарным Филадельфии и их "добровольным собратьям". В тексте под гравюрой перечисляются пожарные депо, участвующие в параде, в основном из Пенсильвании, Нью-Джерси и Нью-Йорка, однако некоторые даже из Массачусетса и округа Колумбия. Гравюра основана на иллюстрации Фрэнсиса Х. Шелла (1834—1909 гг.), художника, иллюстратора и литографа из Филадельфии, позднее работавшего в Нью-Йорке на газету "Frank Leslie’s Illustrated Newspaper" в качестве "приглашенного художника". Литографию выполнил Джеймс Куин (около 1820—1886 гг.), уроженец Филадельфии, учившийся в компании Дюваля и Лемана в 1835 г., и большинство работ которого были сделаны для компании П. С. Дюваля.

Всеобщая история вещей Новой Испании, написанная братом Бернардино де Саагуном: Флорентийский кодекс. Книга III: Происхождение богов

"Historia general de las cosas de nueva España" ("Всеобщая история вещей Новой Испании") представляет собой энциклопедическую работу о народах и культуре центральной Мексики, составленную братом Бернардино де Саагуном (1499—1590 гг.), францисканским миссионером, прибывшим в Мексику в 1529 г., через восемь лет после завершения испанского завоевания под предводительством Эрнана Кортеса. Эта рукопись, обычно именуемая "Флорентийским кодексом", состоит из 12 книг, посвященных различным темам. В третьей книге повествуется о происхождении богов, в частности, Тескатлипоки и Кетцалькоатля, книга также дополнена приложениями с рассказами о загробной жизни и об образовании. Религия ацтеков была пропитана историями о рождении, смерти и возвращении богов к жизни. Этот ежегодный цикл возрождения нашел отражение в церемониях, включающих человеческие жертвоприношения и прочие жертвы, а также в архитектуре Теночтитлана. Главный храм "Темпло Майор" ("Великая пирамида") был посвящен Уицилопочтли и Тлалоку и для каждого из этих богов имелось отдельное место поклонения. Это двойное строение играло огромную роль в месоамериканской космологии, символизируя две священные горы: Тонакатепетль ("Гора пищи" и Коатепек ("Гора змей"). Место поклонения, посвященное Тлалоку, богу дождя, символизировало гору, содержащую кукурузу и прочие вещи, которые Кетцалькоатль украл у богов, чтобы отдать людям. Место поклонения, посвященное Уицилопочтли, богу войны и солнца, символизировало гору, на которой бог родился сразу взрослым и одетым, как воин; его мать Коатликуэ произвела его после того, как положила шар из перьев себе на колени. На этой горе бог победил свою сестру Койольшауки, богиню луны, и 400 своих братьев, позавидовавших его рождению. После смерти они улетели на небо и образовали Млечный путь. Среди достойных упоминания иллюстраций книги III можно отметить изображенных на листе 232, оборотная сторона, в приложении об образовании, родителей, ведущих детей в школу. Аристократы отправляли своих детей в "calmecac" ("ряд домов"), очень строгую школу, предназначенную для знати, где они учились быть "теми, кто руководит, военачальниками, сенаторами и аристократами, … теми, кто занимает военные должности".

Всеобщая история вещей Новой Испании, написанная братом Бернардино де Саагуном: Флорентийский кодекс. Книга IV: Искусство предсказания

"Historia general de las cosas de nueva España" ("Всеобщая история вещей Новой Испании") представляет собой энциклопедическую работу о народах и культуре центральной Мексики, составленную братом Бернардино де Саагуном (1499—1590 гг.), францисканским миссионером, прибывшим в Мексику в 1529 г., через восемь лет после завершения испанского завоевания под предводительством Эрнана Кортеса. Эта рукопись, обычно именуемая "Флорентийским кодексом", состоит из 12 книг, посвященных различным темам. В четвертой книге рассказывается об искусстве предсказания, или о судебной астрологии, распространенной среди ацтеков, и в частности о тональпоуалли (ритуальном календаре). Месоамериканцы использовали два календаря, солнечный и ритуальный. Шиупоуалли (солнечный календарь) состоял из 365 дней, разделенных на 18 месяцев по 20 дней в каждом, плюс пять дней в конце года, считавшихся неблагоприятными. Ритуальный календарь состоял из 260 дней и был образован приписыванием чисел от 1 до 13 к 20 различным символам. Таблица, использовавшаяся жрецами для предсказаний, с потрясающей точностью воспроизведена на листах 329, лицевая сторона, и 329, оборотная сторона. Среди прочих иллюстраций четвертой книги следует отметить страшное изображение антропофагии, или ритуального каннибализма, который часто входил в ритуал человеческих жертвоприношений. Саагун описывает жертвоприношение в связи с празднествами Шипе Тотека, бога весны и возрождения, и Уицилопочтли, бога солнца и войны (лист 268, лицевая сторона). Пленников приводили в храм Уицилопочтли, убивали, а их плоть поедалась знатью. Таким способом сила врага переходила к его победителям, в виде своеобразного причастия к мертвому пленнику и к богам.

Всеобщая история вещей Новой Испании, написанная братом Бернардино де Саагуном: Флорентийский кодекс. Книга V: приметы и суеверия

"Historia general de las cosas de nueva España" ("Всеобщая история вещей Новой Испании") представляет собой энциклопедическую работу о народах и культуре центральной Мексики, составленную братом Бернардино де Саагуном (1499–1590 гг.), францисканским миссионером, прибывшим в Мексику в 1529 г., через восемь лет после завершения испанского завоевания под предводительством Эрнана Кортеса. Эта рукопись, обычно именуемая "Флорентийским кодексом", состоит из 12 книг, посвященных различным темам. В пятой книге рассказывается о приметах, предзнаменованиях и суевериях. Как и в четвертой книге, о предсказаниях, Саагун цитирует древние местные традиции, собранные в опросниках и общении со старейшинами нахуа. Постоянный интерес Саагуна к этой теме носил научный и этнографический характер, под которым лежала глубоко религиозная основа. Он считал, что большинство обращений в христианство, о которых заявляли католические священники в Мексике, были поверхностными и маскировали продолжающееся поклонение языческим богам. Как он писал в прологе к своей работе, "грех идолопоклонничества и приверженность ритуалам идолопоклонничества, суеверия и приметы, суеверия и идолопоклоннические церемонии не исчезли полностью. Чтобы проповедовать против всего этого или хотя бы осознавать их существование, мы должны знать о том, как все это происходило в языческие времена, [потому что] через наше невежество они [индейцы] продолжают выполнять многие ритуалы поклонения идолам, чего мы просто не понимаем".